![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
alien3Ночью мы с Сашей Ильиным легли последними, до упора писали «журналистские» отчёты. Спали всего по 4 часа, так как утром подъём был в 7:00. К 9 мы ждали прибытие съёмочной группы телеканала Fox News (из Феникса, Аризона). Как многие американцы, Род Хаберер и оператор прибыли пунктуально. Сначала они снимали снаружи, а потом постучали в Хэб.
Около двух часов продолжались съёмки внутри и снаружи. Коля в скафандре дал интервью, потом я ездил вокруг на квадроцикле (ATV) с установленной спереди миникамерой.
Снимал оператор и внутри Хэба и оранжереи нас за работой и за обедом. Работать с сотрудниками Fox News было приятно, они были очень предупредительными и вежливыми. Видеорепортаж о нас выйдет в середине мая.
Но репортёры были не единственными гостями сегодня. После них приехал D.G. Lusko. Привёз воду и начал чинить туалет, похоже, что забилось где-то в трубе дальше и внутри Хэба мы не смогли решить проблему.
Это, конечно, животрепещущий вопрос – туалет. Для пилотируемой космонавтики принципиальный. Как известно, в начале пилотируемой космической эры вопрос гигиены и туалета был очень сложным. И сейчас на МКС он не решён идеальным способом. Когда мы говорим о возможности экспедиции на Марс – этот вопрос стоит ребром. А ведь это не единственный вопрос.
Как дело обстоит сейчас? На Международной космической станции установлено два туалета, один в модуле «Звезда» российского сегмента, другой в модуле Node-3 американского сегмента, оба российского производства – созданные РКК «Энергия» им. С. П. Королёва (с участием кооперации, например, НИИхиммаш и НПП «Звезда»). Оба туалета или АСУ (ассенизационно-санитарное устройство) требуют для своего обслуживание большое количество сменных элементов (от туалетной бумаги до фильтров, ёмкостей с консервантом, ёмкостей для урины и т.д.), более того, по техническим и гигиеническим причинам с определённой регулярностью туалет заменяется полностью (трубопроводы, приёмные устройства и насосы). Но есть ещё проблема, что любая техническая система имеет склонность ломаться. Особенно, если по каким-то причинам приходит сбой не на этапе проектирования, а при производстве (особенно уже давно отработанных систем). Несколько лет назад был «интересный» случай, когда в НИИхиммаше была произведена целая партия бракованных микронасосов для российского туалета. И когда на орбите отказал штатный насос, следующие два насоса установленные из ЗИПа (запасные части и инструменты) на смену отказали также. К счастью, на Земле был новый насос, изготовленный для американского сегмента – и его дипломатической почтой доставили в США и NASA отправило его на орбиту попутным шаттлом.
Причина подобных случаев давно понятна, низкая зарплата, нарушения технологической дисциплины, старение специалистов, износ оборудования. Достаточно посмотреть, что в единственной в России организации по производству систем жизнеобеспечения, как для космоса, так и для подводных лодок (НИИхиммаш) большая часть площадей давно сдана в аренду.
Поэтому перед тем, как лететь на Марс необходимо решить не только технические, но и многие другие проблемы. Каждый лишний килограмм ЗИП для системы жизнеобеспечения (СЖО) это удорожание миссии, сокращение объёмов внутри межпланетного комплекса для жизни экипажа и научного оборудования.
Вот и у нас на MDRS туалет нельзя назвать идеальным – в течение сезона он ломался не раз. Многим экипажам пришлось столкнуться с этой трудностью.
Днём я спал, экипаж в это время работал над отчётами. Пётр продвинулся в геологическом анализе проб, Саша склеил две модели ракет – одну покупную и одну из подручных средств. Мы планируем сделать завтра ВКД для пуска ракет – попробовать снять на миникамеру пространство вокруг MDRS. Потом это видео мы выложим в YouTube.
Песчинки в электронном микроскопе
Картинка из геологического отчёта Петра
Сегодня я, как обычно, занимался оранжереей. Полив начал ещё для съёмки телеканала Fox News. Обычно растения я поливаю раз в день, с небольшими исключениями. В воду мешаю немного минеральных добавок (жидкость). Три раза в день я записываю температуру и влажность в GreenHab и снаружи (для этого есть электронные устройства) – это идёт в отчёт по оранжерее. Утром, при достижении определённой температуры в оранжерее включается вентиляция, вечером сама отключается. Один вентилятор включаю я, по необходимости, если очень жарко. Вечером я включаю инфракрасный нагреватель, так как ночи здесь холодные.
Два дня едим очень скромно – мало воды. Пока не до конца осознали, в каком виде лучше готовить те сублиматы, что у нас есть в кухонном шкафу.
Не смотря на испытания двух крайних дней настроение у команды бодрое, даже весёлое.
Я вспомнил один из результатов эксперимента «Марс-500» - одно исследование показало, что экипаж к концу длительной изоляции испытал снижение мотивации, активности и т.д. Это можно понять. Но это исследование нельзя считать близким к реальности по одной важной причине: испытатели, находящиеся в искусственной изоляции, это не специалисты-космонавты, которые летят к своей цели и имеют огромнейшую мотивацию – достижении другой планеты – объекта их исследования и осознание значительного шага для человечества. Это не меняет ситуацию в корне, но вносит значительные коррективы. И, конечно же, весомый результат вносит отбор экипажа. Именно поэтому, большое количество экспериментов на MDRS относятся к изучению человеческого фактора. Мы этим сейчас не занимаемся, но получаем реальный опыт, который пригодится в дальнейшем.
Американский ровер и российский шагоход «Селеноход»
Пётр
Около двух часов продолжались съёмки внутри и снаружи. Коля в скафандре дал интервью, потом я ездил вокруг на квадроцикле (ATV) с установленной спереди миникамерой.
Снимал оператор и внутри Хэба и оранжереи нас за работой и за обедом. Работать с сотрудниками Fox News было приятно, они были очень предупредительными и вежливыми. Видеорепортаж о нас выйдет в середине мая.
Но репортёры были не единственными гостями сегодня. После них приехал D.G. Lusko. Привёз воду и начал чинить туалет, похоже, что забилось где-то в трубе дальше и внутри Хэба мы не смогли решить проблему.
Это, конечно, животрепещущий вопрос – туалет. Для пилотируемой космонавтики принципиальный. Как известно, в начале пилотируемой космической эры вопрос гигиены и туалета был очень сложным. И сейчас на МКС он не решён идеальным способом. Когда мы говорим о возможности экспедиции на Марс – этот вопрос стоит ребром. А ведь это не единственный вопрос.
Как дело обстоит сейчас? На Международной космической станции установлено два туалета, один в модуле «Звезда» российского сегмента, другой в модуле Node-3 американского сегмента, оба российского производства – созданные РКК «Энергия» им. С. П. Королёва (с участием кооперации, например, НИИхиммаш и НПП «Звезда»). Оба туалета или АСУ (ассенизационно-санитарное устройство) требуют для своего обслуживание большое количество сменных элементов (от туалетной бумаги до фильтров, ёмкостей с консервантом, ёмкостей для урины и т.д.), более того, по техническим и гигиеническим причинам с определённой регулярностью туалет заменяется полностью (трубопроводы, приёмные устройства и насосы). Но есть ещё проблема, что любая техническая система имеет склонность ломаться. Особенно, если по каким-то причинам приходит сбой не на этапе проектирования, а при производстве (особенно уже давно отработанных систем). Несколько лет назад был «интересный» случай, когда в НИИхиммаше была произведена целая партия бракованных микронасосов для российского туалета. И когда на орбите отказал штатный насос, следующие два насоса установленные из ЗИПа (запасные части и инструменты) на смену отказали также. К счастью, на Земле был новый насос, изготовленный для американского сегмента – и его дипломатической почтой доставили в США и NASA отправило его на орбиту попутным шаттлом.
Причина подобных случаев давно понятна, низкая зарплата, нарушения технологической дисциплины, старение специалистов, износ оборудования. Достаточно посмотреть, что в единственной в России организации по производству систем жизнеобеспечения, как для космоса, так и для подводных лодок (НИИхиммаш) большая часть площадей давно сдана в аренду.
Поэтому перед тем, как лететь на Марс необходимо решить не только технические, но и многие другие проблемы. Каждый лишний килограмм ЗИП для системы жизнеобеспечения (СЖО) это удорожание миссии, сокращение объёмов внутри межпланетного комплекса для жизни экипажа и научного оборудования.
Вот и у нас на MDRS туалет нельзя назвать идеальным – в течение сезона он ломался не раз. Многим экипажам пришлось столкнуться с этой трудностью.
Днём я спал, экипаж в это время работал над отчётами. Пётр продвинулся в геологическом анализе проб, Саша склеил две модели ракет – одну покупную и одну из подручных средств. Мы планируем сделать завтра ВКД для пуска ракет – попробовать снять на миникамеру пространство вокруг MDRS. Потом это видео мы выложим в YouTube.
Песчинки в электронном микроскопе
Картинка из геологического отчёта Петра
Сегодня я, как обычно, занимался оранжереей. Полив начал ещё для съёмки телеканала Fox News. Обычно растения я поливаю раз в день, с небольшими исключениями. В воду мешаю немного минеральных добавок (жидкость). Три раза в день я записываю температуру и влажность в GreenHab и снаружи (для этого есть электронные устройства) – это идёт в отчёт по оранжерее. Утром, при достижении определённой температуры в оранжерее включается вентиляция, вечером сама отключается. Один вентилятор включаю я, по необходимости, если очень жарко. Вечером я включаю инфракрасный нагреватель, так как ночи здесь холодные.
Два дня едим очень скромно – мало воды. Пока не до конца осознали, в каком виде лучше готовить те сублиматы, что у нас есть в кухонном шкафу.
Не смотря на испытания двух крайних дней настроение у команды бодрое, даже весёлое.
Я вспомнил один из результатов эксперимента «Марс-500» - одно исследование показало, что экипаж к концу длительной изоляции испытал снижение мотивации, активности и т.д. Это можно понять. Но это исследование нельзя считать близким к реальности по одной важной причине: испытатели, находящиеся в искусственной изоляции, это не специалисты-космонавты, которые летят к своей цели и имеют огромнейшую мотивацию – достижении другой планеты – объекта их исследования и осознание значительного шага для человечества. Это не меняет ситуацию в корне, но вносит значительные коррективы. И, конечно же, весомый результат вносит отбор экипажа. Именно поэтому, большое количество экспериментов на MDRS относятся к изучению человеческого фактора. Мы этим сейчас не занимаемся, но получаем реальный опыт, который пригодится в дальнейшем.
Американский ровер и российский шагоход «Селеноход»
Пётр
